САДЫ ЗАВИДНЫЕ

0_gorК тем, кто ещё не успел прочитать новую книгу В. А. Горохова «Сады и парки Парижа. Замки Луары». М., «Кварта», 2016, 648 с.
Сады завидные — в розах! Скорей бы культуру такой же выделки, но в новый машинный размах! (Владимир Маяковский. Версаль)

 

 

Имя Владислава Андреевича Горохова давно и хорошо знакомо всем, кто интересуется проблемами экологии, истории садово-паркового строительства. А те, кто интересуется, тот немало наслышан о садовых шедеврах Франции — блестящих, блистательных, бесподобных. Многие не только наслышаны, но и побывали, посетили, увидели и Версаль, и Булонский лес, и Живерни, и замки, согласны, что там «красивость — аж дух выматывает». Но я уверен, что каждому из тех и других будет приятно взять в руки увесистый прекрасно изданный том, открыть и страница за страницей «пройти» с Гороховым по знаменитым садам, открыть для себя много нового.

1_gor

Интересны не только объекты — сады, парки, замки, но и ведущий нас по ним автор.
В первых строках он заявляет, что видит свою задачу в том, чтобы «свободно, со знанием дела говорить по существу вопроса», не ограничиваясь демонстрацией туристических впечатлений. Хотя сами его «впечатления от французских поездок были потрясающие». Владислав Андреевич пишет, как говорит, а говорит, как по писаному.

2_gorВладислав Андреевич Горохов. Париж, 1989 г.

Похоже, что сады действительно располагают к общению. Он вспоминает свои первые впечатления от Франции, от специалистов, с которыми ему приходилось общаться и работать, рассказывает о прошлом и настоящем тамошних садов и парков. При этом автор постоянно возвращается к России — как воспринимали тот или иной объект наши соотечественники, что заимствовали, как «французское» прививалось в русских садах, что было и что осталось в садах имперских, в садах Коммуны. Ведь очень многое пришло в Россию из ландшафтной архитектуры Франции — «вкус, технические приёмы, опыт, в широком плане — любовь к благодатному и благодарному делу». В. А. Горохов справедливо отмечает, что приняв идею «французского сада», русское садово-парковое искусство, тем не менее, сохранило свою самобытность и шло своим собственным путём.

3_gor   Версаль. Большой Канал.

С шести с половиною сотен страниц на читателя обрушивается масса интереснейшей информации — что, где, когда. Но подаётся она живо, сдобрена обращениями к русско-французским литературным источникам. Почти в каждом саду автор находит «русский след» — там Пётр I, там художник Александр Бенуа, создавший более 600 полотен, гравюр, акварелей на версальскую тему, там поэт Максимилиан Волошин, влюблённый в город, сады и аллеи которого осенью пахнут «мокрыми листами», там и Владимир Курбатов, историк архитектуры. Приятно узнать, что в розарии сада дворца Богатель («Безделушка») более 9 тысяч кустов, что в ботсаду Флораль, который рядом с Венсенским лесом, ежегодно проводится конкурс георгин (значит, в Европе жив ещё интерес к этому любимцу старшего поколения наших цветоводов!).
Радует взор огромное количество фотоснимков и репродукций картин, широко представлена садовая скульптура.

4_gor                                       Дворец Кланьи (Le château de Clagny).

Обратите внимание, например, на покровительницу садового дела «Помону» Аристида Майоля, созданную в 1910 г. по заказу коллекционера И. А. Морозова. Или на, выкованную из рельса весом 325 кг., «Пальму Мерцалова», получившую Гран-при на Всемирной выставке 1900 года.

5_gor                                       Пальма Мерцалова на Нижегородской выставке. 1896 г.

Побывайте с автором в саду музея Огюста Родена. Прочитайте, с какой любовью описаны сады Клода Моне Живерни и Жан-Жака Руссо Эрменонвиль! Поздние пейзажи Клода Моне Горохову, например, «особенно ценны тем, что художник не просто выискивал живописные места, он их создавал», а мне — глава о Живерни дорога тем, что прежде она в виде обстоятельной статьи была напечатана в «Вестнике садовода» (№10/2014). Кстати, обратите внимание на оформление книги. Уверен, читатели журнала узнают знакомый почерк. Дело в том, что дизайнером, художником издания выступил известный вам по «Вестнику» Денис Афонин, который стал уже зрелым мастером.

Очень похвально, что параллель «у них — у нас», в Москве — в Париже, постоянно присутствует и будоражит читательское восприятие. Наш Пётр I побывал под Парижем и приказал построить близ новой столицы «малые приморские палаты», которые повторят очертания королевского павильона в Марли. У нас — император Александр III, а в Париже — мост его имени. В Париже — Всемирная выставка, а у нас — статья в «Вокруг света».

6_gor  Панорама Всемирной выставки. Париж, 1900 г.

Конечно, порой это «пари» не в нашу пользу. Да, нет пока в Москве сафари-парка, как Туари в Париже, нет пока таких «зелёных стен» как трёхэтажная стена Патрика Бланка на здании музея примитивного искусства у подножья Эйфелевой башни. Но скоро, наверное, будут, как есть уже немало «зелёных крыш» и много другого из того лучшего, чем делится с нами Франция. Да здравствует дружба и капиталистическое соревнование московских и парижских бульваров, садов и парков!

7_gor         Парк замка Со (Chateau de Sceaux).

Если даже на созданном Творцом Солнце имеются пятна, тем более не абсолютно всё, что выходит из рук человека. Обнаружил пару огрехов и на просторах «Садов…». Не повезло королевскому имению Марли-ле-Руа. Оно затевалось как камерное, уютное, в противовес торжественно-пышному огромному Версалю, а на сс. 139-143 читаем показания Луи де Рувруа герцога Сен-Симона, свидетеля создания ансамбля. Впечатляет вывод свидетеля: «Версаль, каким он предстаёт нам обошёлся дешевле Марли… Марли встал в миллиарды». Факт, конечно, вопиющий, но «за давностью лет» возмущаться не будем. Обратим внимание, что на с. 140 вместо герцога помещён портрет философа Клода Анри Сен-Симона и указаны даты — (1760—1825). Ясно, что, родившись через 76 лет после сдачи Марли в эксплуатацию, основатель утопического социализма не мог быть свидетелем вопиющего расточительства при исполнении королевских прихотей.

На странице 144 написано, что в мае 1717 г в Марли побывал Пётр I и принимал его герцог Орлеанский (1747—1793). Как же он мог принимать Петра, если родился только тридцать лет спустя, как и указано в скобках. В действительности, на его месте был Филипп II, герцог Орлеанский (фр. Philippe, duc d'Orléans) (1674—1723 года) — регент Французского королевства при малолетнем короле Людовике XV c 1715 по 1723 годы, племянник Людовика XIV.

Но, как пятна не мешают нашей звезде сиять, согревать и радовать землян, так и эти описки не умаляют достоинств книги. Они лишь напоминают лишний раз, что автор — живой, увлечённый и увлекающийся человек. С огрехами нам, грешным читателям, он становится ближе, доступнее. Мы признательны ему за неустанную научную, преподавательскую и просветительскую работу, за новый весомый труд. Прочитаем «Сады и парки Парижа. Замки Луары» и будем ждать от В. А. Горохова новых подвигов.

Прочти и катай в Париж и в Китай! (В. Маяковский).

Александр РЕБРИК, главный редактор ВС. 

 

Вернуться к рубрике Почитаем, полистаем