НА ТЯНЬ-ШАНЬ ЗА ПОДСНЕЖНИКАМИ. Вступление

8kirg

Знает тот, кто много видел.

Когда из путешествия возвращается молодой, то и старый обязан ему поклониться (киргизские пословицы).

Олег БУДКЕЕВ, коллекционер и интродуктор редких растений из г. Новоалтайск, рассказывает о своем путешествии на Тянь-Шань.

 

Предисловие главного редактора ВС Александра РЕБРИКА:

vrez_k

- Читателям «Вестника садовода», думаю, не нужно особо представлять Олега Будкеева. Всем запомнилась его вдохновенная статья о коллекции видовых пионов (ВС, №1/2014). Видно, что это человек знающий, энтузиастический, Не удивительно, что его понесло в одну из республик Средней Азии. (И где мы ещё его только не увидим!)

Что объединяет увлечённого жителя Нововоалтайска и Киргизию, флору которой он отправился изучать? Многое, даже очень. Киргизский язык из кыпчакской подгруппы тюркской группы алтайской языковой семьи. Пусть не Олег, но горные алтайцы могут понять речь киргизов. Было время, когда киргизы обитали в Южной Сибири, а затем ушли далеко на юг. Некоторые  близкие им племена, вроде хакасов, остались. В повести «Белый пароход» Чингиз Айтматов писал, что «жило киргизское племя в Сибири на реке Энесай, на коне туда три года и три месяца скакать». А Олег на автобусе за сутки доехал. Столица Киргизии расположена в Чуйской долине, в мае Олег собрался в очередную экспедицию в Монголию, куда отправится из родного города по Чуйскому тракту через Горный Алтай, Чуйскую степь (самое засушливое место РФ).

Почти двести лет назад основатель первой в России школы флористов-систематиков Карл Ледебур, и другие «наши» немцы, вроде А. Бунге и К. Мейера, отправились в экспедицию, из которой привезли около 1600 видов растений, в т. ч. четверть новых. Итоги её отражены в труде «Путешествие по Алтайским горам и джунгарской Киргизской степи» (Берлин, 1829-1830 гг.), а затем в 4-томной «Флоре Алтая». Но пусть вас не смущает «киргизская степь» в названии книги. На самом деле Ледебур, в отличие от Будкеева, до настоящей Киргизии не добрался. В те времена киргизами (киргиз-казаками, киргиз-кайсаками) называли нынешних казахов, а настоящие киргизы именовались кара-киргизами (т. е. чёрными). Так что  Ледебуром изучена и описана флора собственно Алтая и прилегающих к нему территорий современного Казахстана и Китая.

Та же история произошла и с природоведом М. М. Пришвиным, который, как часто уверяют, после посещения Киргизии, написал очерки «Чёрный араб», «Адам и Ева». В действительности, Михаил Михайлович сто лет назад путешествовал по востоку Казахстана.

В 1856-57 гг. на Тянь-Шане появился, наконец, его настоящий исследователь — П. П. Семёнов (1827—1914), который сделал так много для изучения края, что с 1906 года станет Тянь-Шаньским. Он писал: «Трудно себе представить что-нибудь грандиозней ландшафта, представляющегося путешественнику с Кунгея через озеро Иссык-Куль на Небесный хребет (Тянь-Шань по-китайски — Небесные горы). Тёмно-синяя поверхность озера своим сапфировым цветом может смело соперничать со столь же синей поверхностью Женевского озера. Величие ландшафта придаёт Иссык-Кулю такую грандиозность, которой Женевское озеро не имеет».

В 1982 г. на берегу столь полюбившегося Петру Петровичу озера в пос. Рыбачье (теперь — Балыкчи) ему был поставлен памятник. Но теперь, когда Россия отвернулась от Тянь-Шаня, грустно Тянь-Шаньскому на пустынном берегу самого красивого озера. Это почувствовал Олег, подошёл к путешественнику погутарить . В это самое время кто-то из друзей сделал кадр, который вы увидите в завершающей части статьи.

Петру Петровичу может быть обидно и ещё по одному поводу. По странному стечению обстоятельств Петербургская Академия наук вручила золотую именную медаль «Первому исследователю природы Центральной Азии» не ему, а Н. М. Пржевальскому (1839— 1888), тоже выдающемуся путешественнику и натуралисту, но прибывшему на берега Иссык-Куля тридцать лет спустя. Николай Михайлович тоже полюбил этот край, про который написал: «Это та же Швейцария, только лучше». На Иссык-Куле в Караколе он и умер от брюшного тифа, там же, по его воле, был похоронен. С 1889 по 1922 и с1939 по 1992 город носил имя Пржевальского. Сейчас Н. М. снова «вернулся» в Каракол и «живёт» надеждой, что благодарные потомки помнят его дела, не оставят там одного, будут наведываться.

На Иссык-Куле любил отдыхать создатель Ансамбля народного танца Игорь Моисеев. Красивый стих написал Лев Ошанин. В нём говорится о том, что Терскей и Кунгей — два хребта в Ала Тоо, между которыми и плещется озеро, «друг на друга глядят, а сойтись никогда не сумеют», как это часто бывает у людей. А вот местные люди, более наблюдательны: «Гора с горой не сходится, а человек с человеком — встретится»...

(продолжение - в рубрике Слово редактора

Олег БУДКЕЕВ, коллекционер и интродуктор редких растений, г. Новоалтайск:

Давно занимаюсь коллекционированием природных первоцветов. Условно для себя я их все называю подснежниками. Как-то, планируя свою следующую экспедицию по их поиску, решил, что ехать надо в Среднюю Азию.

Изучив предварительно ботаническую литературу, посчитал, что данный регион обладает огромным потенциалом растений, пригодных для адаптации и выращивания в нашей средней полосе, на юге Урала, Сибири, в т. ч. на Алтае. Упор, конечно же, делаю на те растения, которые произрастают на значительных высотах субальпийских и альпийских лугов. Ведь интродуценты должны будут приспособиться к весьма суровым климатическим условиям. А я, понаблюдав за ними у себя на участке, смог бы, затем их размножить и разослать любителям и коллекционерам «ботанической экзотики» в разные уголки мира.

Многие цветоводы даже не предполагают, что большинство хорошо известных садовых растений, попали в культуру именно таким образом. Например, те же тюльпаны, ирисы, рябчики, примулы, купальницы когда-то нашли в дикой природе и описали голландские, немецкие, российские учёные-ботаники, охотники за растениями. Их привозили, улучшали декоративные качества путём селекции, размножали и затем постепенно вводили в культуру. Взвесив все «за» и «против», остановился на Тянь-Шане...

См. продолжение:

На Тянь-Шань за подснежниками. Часть 1. В окрестностях Бишкека

На Тянь-Шань за подснежниками. Часть 2. Флора Киргизского Алатау

На Тянь-Шань за подснежниками. Часть 3. Озеро Иссык-Куль и ущелья Тянь-Шаня