САДЫ И ЛЮДИ ПРОВАНСА

0_provБыстро летит время, и «Зелёная стрела» тоже. Кажется, совсем недавно мечтали о Лазурном береге и розах Мейяна, а тут уж снова труба зовёт — вперёд, на Прованс,  где лилово-фиолетово цветёт лаванда! Призыв воодушевляет, ведь в качестве приза, приобретения обещают жемчужину Франции, её юг и юго-восток.

 

Всего за одну неделю надо столько пролететь, проехать, пройти, увидеть, прочувствовать, узнать…Прежде, чем вы окунётесь в обещанный «лавандовый рай», избавитесь там от «тревог и раздражения», главный редактор ВС Александр РЕБРИК предлагает познакомиться с некоторыми зелёными страницами территории, ограниченной Альпами на востоке, Роной — на западе и морем — на юге.

1_prov   Городок Горд. Прованс.

Для начала уясним, что за этой землёй осталось название, которое древние римляне давали внеиталийским завоёванным областям — провинция. Это была юго-восточная, наиболее романизированная часть Галлии. Происхождение слова «provincia» в латинском языке, к сожалению, неясно. Рим принёс сюда виноградарство, оливковые рощи, акведуки, театры и храмы, некоторые из них можно увидеть и сегодня.

После заката Римской империи провинцию захлестнули нашествия германских варваров — вестготов и франков, а после них — арабов. В 855-863 гг. существовало королевство Прованс, которое затем вошло в состав Священной Римской империи. С 1246 г. Прованс постепенно становится частью французского королевства. В 1860 г по Туринскому договору Ницца и другие города средиземноморского побережья также отходят к Франции.

Трубадуры

Громкое слово это родилось от провансальского (окситанского) глагола «trobar» — находить, создавать. В XI-XII веках странствующие рыцари — поэты и певцы исполняли свои произведения на старопровансальском языке, «играли рифмою». «Поэзия проснулась под небом полуденной Франции — рифма отозвалась в романском языке; сие новое украшение стиха, с первого взгляда столь мало значащее, имело важное влияние на словесность новейших народов» (А. С. Пушкин).

Никогда и нигде на таком небольшом пространстве и за такой короткий отрезок времени (примерно два века), считал поэт Поль Валери, не была создана поэзия столь разнообразная и богатая, с таким обилием блистательных поэтов и таким широчайшим распространением и влиянием в мире. Известны имена 600 трубадуров Прованса, Аквитании, Арагона, Кастилии, до наших времён дошло 2500 произведений 400 поэтов. Сложилось несколько жанров поэзии трубадуров — альба (песня, посвящённая неизбежности разлуки влюблённых на утренней заре), кансона (любовная песня), сирвента (песня о религии, морали, политике), пастурель (о встрече на лоне природы пастуха и пастушки), баллада (танцевальная песня).

Трубадуры создали свою культуру любви — куртуазную, именно в ней — главное содержание их лирики. «Куртуазный» буквально означает — «придворный». Но тут это не столько служба, сколько Служение, не столько монарху, сколько монархине, как служили герои «Трёх мушкетёров», не столько ей, сколько определённому кругу идей, образов. Трубадур-рыцарь поклоняется Даме, как правило, замужней и стоящей выше его на социальной лестнице, следовательно, недоступной. Это непременное условие куртуазной ситуации. Стремление к Даме не ради обладания, а радостное духовное самосовершенствование мужчины — «в Донне чудесный исток доблестей я обретаю» (Арнаут Даниель). Культ «Прекрасной Дамы» реабилитировал любовь земную, поклонение женщине преобразило её из существа низшего порядка в идеал — «любовь такова, что Дама всегда права» (Дофин Овернский).

Выделяли 4 стадии куртуазной любви — первая любовь колеблющегося, когда рыцарь ещё не отваживается поведать даме о своём чувстве, вторая — просящего, умоляющего, когда ободрённый ею кавалер признаётся, третья — услышанного, когда он получает от дамы в залог любви её ленты, перчатки, пояс и, наконец, последняя — друга, когда она выражает своё согласие поцелуем, часто первым и единственным. Игра в любовь несла в себе опасность, риск разоблачения придавал ей особую остроту и требовал выражения чувств иносказанием.

Воспевая любовь, трубадуры не могли обойти вниманием растения, природу, пейзажи, демонстрируя при этом весьма серьёзные познания.

«Всех трубадуров глава» Пейре Овернский (XII век) писал, что «претят ему те, кто в любви отцвёл, как пышный бутон, чья завязь пуста». Самая знаменитая баллада Гийома де Машо (XIV век) называется «Из всех цветов», где он, отдавая должное всем цветам радуги, отмечает, что «тот, кто знает толк в цветах и умеет распознать их смысл, превыше всех ценит нежную лазурь».

2_prov         Поль Сезанн. Дома в Провансе близ Cтака. 1879-1882 гг.

Многие из трубадуров, подобно Бертрану де Борну (1140-1215), провели большую часть жизни в междоусобных войнах и баронских смутах, — «только то и знал, что дрался, бился, фехтовал». Тем не менее, тот, «чей пароль — война», способен осознать, что итог тому весьма печальный — «везде, куда ни брошу взгляд, луг смят, двор выжжен, срублен сад». При этом он замечает «и громкий свист соловьёв, и распустившийся злак, придавший ковру поляны праздничную пестроту».

3_prov

Провансальская лирика ушла на север, оказав заметное влияние на французских труверов, раннюю английскую поэзию, на творчество немецких миннезингеров. Её традицию продолжил Петрарка и передал новой европейской поэзии.

Петрарка о Провансе

Франческо Петрарка (1304 — 1374)«король всех образованных людей, поэтов и историков», увенчанный в Риме в 1340 г. лавровым венком, прожил в Провансе много лет. Его пребывание там связано с т. н. «Авиньонским пленением пап» (1309 — 1378 гг.), когда резиденция пап, глав католической церкви, находилась в Авиньоне, где папы чувствовали себя в большей безопасности, чем в беспокойном тогда Риме. Это был период активного сотрудничества пап с сильными французскими королями.

В связи со всем этим Авиньон на величавой Роне быстро рос и развивался, процветал. Сюда в поисках работы и приехал отец Ф. Петрарки с семьёй. Учился Франческо в Монпелье, служил затем при особе кардинала Колонна в Авиньоне, уединился в деревне Фонтен-де-Воклюз. 6 апреля 1327 г. в церкви Святой Клары в Авиньоне Франческо увидел среди прихожан белокурую черноглазую женщину, «ту, что красотой своею родному краю славу принесла». С того момента она стала главным лицом в жизни и творчестве поэта, известная нам под именем Лаура. Это была провансалка Лор ди Одиберто ди Нов. Любовь, которая пережила века, питалась лишь несколькими мимолётными встречами и парой ничего не значащих фраз. Лор вышла замуж и стала матерью 11 детей, умерла в 1348 г., возможно, от чумы. Косвенное подтверждение земного существования Прекрасной дамы находим, в написанном в Сибири в 1836 году стихотворении А. И. Одоевского — «А. М. Янушкевичу, разделившему со мною ветку кипарисовую с могилы Лауры». В нём говорится, что в «отчизне вьюг» два изгнанника поделились «печалями заветными» и «крыльями для мира незаметными» перелетели на «чудный юг». Согласимся с Карамзиным, который писал: «Любовь не терпит принуждения, одно слово — и всё блаженство исчезнет! Мог ли бы Петрарка в узах брака любить Лауру так пламенно? Ах, нет! Воображение его не произвело бы ни одного из тех нежных сонетов, которыми я восхищаюсь».

Петрарка писал, что у него два главных желания — Лаура и лавр («что мне дороже всех растений»), то есть любовь и слава.

4_prov Петрарка и Лаура.

В сборнике, посвящённом Лауре, две части: «На жизнь мадонны Лауры» (263 сонета) и «На смерть мадонны Лауры» (103 сонета).

Петрарка многим обязан Авиньону, однако со временем начинает испытывать к нему отвращение. Он осуждает невиданную роскошь папского двора, обвиняет этот городишко в том, что он лишил Рим его блеска, называет Авиньон источником страданий, храмом ереси, кузницей лжи, призывает пап вернуться в Рим.
В 1338 г. Петрарка бежал из Авиньона в селение Воклюз (Фонтен де Воклюз — Уединённая Долина), где нашёл пристанище тишины, покоя и труда.

5_prov Карстовый источник Воклюз.

«Годы, которые я прожил в Воклюзе, — вспомнит он позднее, — проходили в таком покое, так чудесно, что я понял… только тогда я жил». У него был защищённый каменной стеной дом с садом, ограждённый от мира с одной стороны рекой Сорг, с другой — скалами. Он писал друзьям: «Встаю ещё затемно, как только рассветёт, выхожу из дому, но на природе работаю так же, как и в комнате: думаю, читаю, пишу. Целыми днями брожу по выжженным солнцем пригоркам и росистым долинам, заглядываю в пещеры… Лакомлюсь виноградом, инжиром, орехами, миндалем, рыбой».

Поэт создал себе два садика — один «дикий, тенистый, великолепное место для работы», другой «неподалеку от дома, старательно возделан и почитаем Бахусом». Он находил, что его приют «столь вдохновляющий, что даже самый ленивый разум углубиться в высокие раздумья… и ничего так не боюсь, как возвращения в город». Идиллия останавливала бег времени, позволила ему познать вневременную безмятежность души.

Петрарка познал там мудрость возделывания своего сада, он называл себя hortulanus — садовник. Если прежде он считал себя «Лавра садовником», который лишь поверяет «мысль бумаге», то теперь он испытывал подлинное наслаждение, прививая или сажая молодые деревца и думая о том, что они приобретают новую природу и с них когда-то можно будет собрать более ценные плоды. Ему нравилось обрезать лишние, слабые или повреждённые побеги, или, взяв лопату, окапывать виноградные лозы, или подвязывать их, или отвести из русла Сорга поток воды и оживить им луг.

6_prov

Поэт, своими руками открывший эпоху Возрождения, у древних авторов искал советов и рекомендаций, когда сеять и сажать, записывал положение звёзд и луны, с «Георгиками» Вергилия под мышкой присматривал за своим хозяйством. В такой работе он находил отдохновение. 

См. также: САДЫ И ЛЮДИ ПРОВАНСА-2

Александр РЕБРИКглавный редактор «Вестника садовода».

Программа и запись в путешествие «Лавандовый рай в садах Прованса» 19-24 июля 2017 года с «Зелёной стрелой» 

Другие поездки с «Зелёной стрелой» в мае-сентябре 2017 года

 

Вернуться к разделу Садовые путешествия, поездки